• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: борхес (список заголовков)
13:21 

Точка зрения\POV

Точка зрения (по-английски point of view, POV) является одним из самых актуальных принципов функционирования фандомной прозы.
Одна и та же история, рассказанная разными ее участниками, дает разные произведения: история о подвесках в изложении миледи, будет отличаться от версии Дюма не только сюжетно, но и композиционно, а возможно и жанрово.
Смена рассказчиков при изложении одной истории одним автором тоже плодотворный прием, который позволяет автору вести игру с читателем, знакомить его с разными версиями событий и давать материал для самостоятельных выводов о том, что же видят персонажи. Знаменитый Пьер Менар почти сто лет назад написал книгу, читатель которой должен быть умнее следователя, и распутать детектив, оставшийся нерешенным в тексте. Смена точек зрения - простейший способ реализовать такой вариант в современной литературе, и используется очень часто, хоть и с разным успехом.

Так вот, теоретическое осмысление точки зрения и ее роли в литературе дается в книге Б. А. Успенского, изданной в 1970 году. Называется книга "Поэтика Композиции. Структура художественного текста и типология композиционной формы" и имеет такое приятное содержание:

"Точка зрения" как проблема композиции.
Точки зрения в плане оценки.
Точки зрения в плане фразеологии.
Точки зрения в плане пространственно-временной характеристики.
Точки зрения в плане психологии.

Скачать можно здесь: padabum.com/d.php?id=93358

@темы: фандом, литература, Успенский, Борхес

13:37 

Борхесовское

Известные строки Борхеса из рассказа "Анализ творчества Греберта Куэйна". Автор кратко описывает сюжет детективного романа:

"По прошествии семи лет я уже не в состоянии восстановить детали действия, но вот его план в обедненном (но и очищенном) моей забывчивостью виде: на первых страницах излагается загадочное убийство, в середине происходит неторопливое его обсуждение, на последних страницах дается решение. После объяснения загадки следует длинный ретроспективный абзац, содержащий такую фразу: ‘‘Все полагали, что встреча двух шахматистов была случайной». Эта фраза дает понять, что решение загадки ошибочно. Встревоженный читатель перечитывает соответственные главы и обнаруживает другое решение, правильное. Читатель этой необычной книги оказывается более проницательным, чем детектив."

Здесь Борхес оказался точным, как и во многих других случаях. Сейчас игры с читателем ведутся постоянно, но конкретных имён я не припомню. Если вы знаете автора, который так делает, напишите здесь, буду благодарна.

@темы: Борхес

07:53 

Неожиданная встреча

"- Это не с вас ли Боборыкин писал амбарного Сократа, "Василия Теркина"? - бесцеремонно спросил его Робинзон.

- Плохое сочинение, однакож - не без правды, - ответил Радеев, держа на животе пухлые ручки и крутя большие пальцы один вокруг другого. - Нe с меня, конечно, а, полагаю, - с натуры все-таки. И среди купечества народились некоторые размышляющие."
Максим Горький, "Жизнь Клима Самгина"
rulibrary.ru/gorkiy/zhizn_klima_samgina_(chast_1)/256


Для советского человека Василий Теркин однозначно связан с Александром Твардовским, так что это было довольно-таки неожиданно. Оказывается, и тут есть простор для сопоставлений в стиле Борхеса:
роман Петра Боборыкина "Василий Теркин", 1882 г: www.e-reading.club/book.php?book=123023

@темы: Теркин, Борхес

17:03 

Борхес

Автор Арвеггер, 2011

Устав впадать в восторг от Моффата, valley и анимешек, решил "свериться с курсом" и перечитал "Сад расходящихся тропок" Борхеса. OMG. Я улетел просто. Какой там Моффат...

"Сад расходящихся тропок" был написан бог знает когда - в начале Второй мировой войны, но что-то более совершенное просто не представимо. В этом тексте уже нет ничего лишнего, это голый механизм. И он не только работает внутри себя, но втягивает в свое функционирование всю реальность.

Чтобы было яснее, я покрасил взаимодействующие элементы текста в одинаковые цвета. Разумеется, это не все элементы, лишь те, которые бросились в глаза и не требуют для понимания никаких дополнительных знаний. (Ну, разве что не все знают, что "Анналы" дошли до нас не целиком.) И, выделив имена и профессии, я заленился выделять другие явные элементы - локации (Лондон, Берлин, etc); книги; структуры (ветвление, дурная бесконечность закуклившейся Шахерезады, шахматы, шарада). Они и так очевидны.

Лирическое отступление 1.
Когда я прочел "Ворону на мосту" Макса Фрая, у меня было только одно замечание. "...инструкция может быть разбита на несколько частей, которые вставляются в разные книги - скажем, под видом комментариев. Собрав вместе как можно больше книг, изготовленных в одной книгопечатне примерно в одно время, и сопоставив некоторые их фрагменты, можно совершить удивительные открытия - при условии, что у вас есть время и вдохновение для подобных игр". Вот спорим, если я сопоставлю комментарии различных книг Фрая, то вместо "удивительных открытий" опять обнаружу там шиш.
читать дальше

@темы: текст, Шерлок, Фрай, Моффат, Борхес

11:30 

Хорхе Луис Борхес. Рагнарёк.

Автор edelberte

Герою-рассказчику приснился сон. На литературно-философский факультет пришли древние боги.

Правильно, куда же еще-то? Туда, где их знали, где о них думали, где чаще всего их поминали, - они и заявились.

Сначала филологи и философы обрадовались, даже возликовали. Как же - боги. Те самые. Сколько дум о них продумано, сколько страниц исписано, - а уж прочитано-то! Но постепенно, присматриваясь к богам, профессора стали подозревать нехорошее. За тысячелетия гонений и забвения боги одичали, озверели, утратили человеческие черты. Как странно о богах - "утратили человеческие черты", но именно так у Борхеса и написано. Они почти (или совсем?) разучились говорить и одеты - одеты! - были с фальшивой роскошью подонков из самых низменных притонов. "И тут мы поняли, что идет их последняя карта, что они хитры, слепы и жестоки, как матерые звери в облаве, и - дай мы волю страху или состраданию - они нас уничтожат."(с)

А заканчивается рассказ так: "И тогда мы выхватили по увесистому револьверу (откуда-то во сне взялись револьверы) и с наслаждением пристрелили богов."(с)

С наслаждением!

Будь это Кафка, - даже и не во сне - револьверы оказались бы из папиросной бумаги, смялись в руках и сказали бы: "Пф-ф-ф..." И, может, оно бы оказалось и жизненно: филологи все ж таки...

Но это Борхес. Слепой библиотекарь, утонченный интеллектуал и эрудит, потомок гаучо - в чьей душе и чьих книгах никогда не затихал голос героического. И револьверы оказались настоящими и увесистыми, и филологи стреляли с наслаждением, и древние страшные боги наконец-то окончательно умерли.

@темы: язычество, мысли друзей, Борхес

17:29 

"История вечности" Борхеса

В первой части рассказа рассматриваются античные представления о вечности, а заодно и платоновские идеи.

На самом деле Платон постоянно задавался этическими вопросами. Что такое добродетель, истина, красота всё время обсуждается в его диалогах, он рассматривает эти вопросы с разных сторон, много лет опять и опять к ним возвращается. Такие вещи как, скажем, милосердие и справедливость каким-то образом присутствуют в нашей жизни: о любых двух поступках мы можем сказать, какой из них более справедлив, хотя самой справедливости никто увидеть не может. В конце концов Платон приходит к выводу, что справедливость, милосердие, добродетель и прочее существуют нетрадиционно, именно в виде идей. Поступок может быть причастен справедливости, некий предмет - красоте, так мы и определяем, справедлив ли поступок и красив ли предмет.

Далее, идея может быть у того, у чего есть противоположность - это критерий, по которому определяется, можно ли в данном случае говорить об идее. Милосердие и жестокость, правда и ложь, добро и зло проявляются попарно. В каком-то действии больше милосердия и меньше жестокости, в каком-то предмете больше красоты и меньше уродства. Всё, причастное миру идей, причастно к нему именно таким образом.

Отсюда понятно, что у единичной вещи не может быть идеи, хотя бы потому что у неё нет противоположности - что противоположно чаше или собаке? Да ничего, потому и об идеях тут говорить не приходится. Как мы уже видели, идеи нужны не для этого.

Что же мы читаем у великого и прекрасного Борхеса, которым я много лет безоговорочно восхищалась? Что у него много претензий к платоновской вечности, которая есть странный паноптикум застывших архетипов, невообразимый и в бреду. Платон, оказывается, предлагает нам поверить в Столовость, которую вообразить трудно, но отвергнуть которую автор не решается, ибо как же возможен стол без Столовости? Нелегко вообразить себе и Львиность, а также отделить Львиность от Рыжести, Гривастости и Когтистости. А помыслить вечность, где всё это существует вместе, и подавно невозможно, и не уговаривайте.

Вот оно как. Вот откуда мы это помним. Вот почему это носится в воздухе. Безликие составители философских дайджестов и безымянные гуманитарии, читающие философию в ВУЗах и техникумах, обрели лицо и голос, да какое лицо и какой голос! Короткий рассказ, написанный с обычной для Борхеса легкостью и блеском, являющий несомненную эрудицию автора и его писательское мастерство, повредил философии Платона больше, чем стоики и эпикурейцы вместе взятые.

Борхес предлагает и свое понимание вечности, полунабросок, полуэмоция, полувоспоминание, всё, разумеется, очень условно, но вот что можно понять: каждый день есть один и тот же день, потому он не исчезает, потому это и вечность. Это типичное античное восприятие времени: каждый день - это один и тот же день, каждый год - это один и тот же год. Как раз в то время, когда Борхес писал о вечности, Честертон писал о возвращении язычества, которое наползает на Европу. ГКЧ был снова прав. Как всегда.

@темы: Борхес, Платон, Честертон, идеализм

ОЭ + философия социального

главная