Я считаю неправильным использовать термины христианство и католицизм как синонимы. Раз уж мы говорим о религии, мы должны учитывать религиозные различия. Католичество – одна из христианских ересей. То христианство, которое исповедовала Европа до раскола в 1054 г, является православием, и с католичеством это ни в коем случае не синонимы. Верное для католичества не обязательно будет верным для православия, и наоборот.

Можно проиллюстрировать это соотношение аналогией астрономия-астрология. Есть эти два учения, предмет у них один и тот же, есть некоторые общие положения, но гораздо больше сущностных различий. Если мы будем регулярно называть астрологию астрономией, это запутывает читателя и блокирует любое разумное исследование предмета.

То же самое происходит, когда последовательно называют христианством только католичество и относят, например, Августина и Фому Аквинского к одной категории – христиане. Между тем Августин был православным, а Фома – католиком. Разница тут существенная, как показывает история. Если Августин и Фома высказывают какую-то общую для обоих идею, не факт, что это верно для православной догматики или «христианства в широком смысле», которого вообще не существует. Это может быть их общая ошибка. Богодухновенно только Писание, человек может ошибаться, даже Августин. Ошибки эти могут выявляться позднее. Ориген вон триста лет был авторитетом и учителем Церкви, а потом его отлучили.

Неверно, что Оригена анафематствовали за попытки соединить эллинскую философию и христианскую догматику. Этим все тогда занимались. То же самое делали Великие каппадокийцы и Августин – их никто не отлучал. Значит, дело не в эллинской философии как таковой. Оригена анафематствовали за содержание его учений – за апокатастасис по природе и переселение душ. О переселении душ уже много написано, не знаю, стоит ли ещё раз говорить, почему это плохо, а о восстановлении (апокатастасисе) по природе скажу несколько слов.

Наши современники как правило считают очень важным для человека иметь свободу выбора и нести ответственность за свои поступки. Пусть человек ошибается, но это его решение, он этим утверждает свою свободу и самостоятельность, и никакие неприятности не являются слишком высокой платой за такое утверждение. Пусть человеку будет плохо – он сам это выбрал, поэтому он пойдёт до конца и сам ответит за всё. Даже те, кто не имеют силы следовать этому идеалу, признают его во всех отношениях достойным.

В таком случае где же искать большей свободы, чем в христианстве? Человек – песчинка меж двух вечностей. С одной стороны – бездна небытия до рождения, когда его ещё не было, с другой – бездна небытия после смерти, когда его уже не будет, и между этими двумя пропастями, в краткий миг человеческой жизни, человек принимает решение и делает выбор, и последствия этого выбора неотменимы до Страшного Суда и дальше. Ни ангелы, ни демоны не могут этого изменить. Только сам человек может изменить это, если захочет, а если не захочет – ни все силы ада, ни всё воинство света не может ничего с ним поделать. Это реализация свободы в её истине, независимость как она есть.

Что же вместо этого нам предлагает Ориген? Апокатастасис по природе, то есть спасутся все, даже бесы и Сатана, и спасутся по природе, как мы бы сказали сейчас, следуя естественному порядку вещей, согласно законам природы. Это во-первых означает, что нынешнее состояние мира – терпимое, приемлемое и правильно. Смерть и грех, моральный и физический, с которым человек сталкивается и который сам творит, не требуют неприятия и отторжения – всё идёт нормально. Таким образом, и жертва Христа излишня и не имеет значения: зачем было нужно Воплощение, если всё идёт как идёт и приведёт всех к спасению?

Следующее следствие – полная вседозволенность. Все рано или поздно спасутся независимо от их поведения. Будешь ты бомбить детскую больницу или вытаскивать раненых из-под завалов, глумиться над людьми или жертвовать за них собой – ты всё равно спасёшься. Добрый спасётся раньше, злой позже, через несколько воплощений, но с точки зрения вечности какая разница? Вечность не исчерпывается секундами, как и тысячелетиями. По сравнению с бесконечностью спасётся злой на секунду или на тысячу лет позже – не имеет никакого значения.

Помимо оправдания всех антиобщественных типов поведения такой подход совершенно обесценивает человека и его выбор. Решение самого человека уже не имеет значения, единственной и неповторимой жизни нет, тебя будут мариновать в разных телах, пока не сделаешь запланированный выбор. Где тут свобода, ответственность, независимость? Допускаю, что Ориген хотел добра для всех, но получилось как получилось. Теология – строгая наука.

Могут спросить, почему же триста лет Ориген считался учителем и знатоком. Потому что христианство интеллектуально очень сложная система идей, и охватить её всю сразу со всеми следствия невозможно. Церковь не даёт сразу развитой логической теории, отвечающей на все вопросы и охватывающей все дороги. Церковь как живая личность реагирует на возникающие проблемы по мере необходимости. Апокатастасис по природе непосредственно не вычитывается из Писания, нужен был мощный ум Оригена, чтобы таким образом вписать совершенно чуждую систему взглядов в платоническую онтологию и антропологию. Когда общество осознало проблему и возник вопрос – Церковь за апокатстасис по природе или против, был дан однозначный ответ: против, ни в коем случае.

@темы: Ориген, философия, теология