Сократ потратил много сил на разрушение мнений - ложного знания многих, которые думают, что всё знают и могут ответить на любые вопросы. В каждом диалоге Сократа только что рожденная рациональность торжествует победу над здравым смыслом, продвигая экстравагантные идеи вроде той, что настоящая дружба требует выдавать друга властям (в случае, если он виноват, чтобы он понес справедливое наказание и очистил таким образом свою душу). Прошло две с половиной тысячи лет, рациональность сменилась неклассической рациональностью и даже постнеклассической (всё в двадцатом веке), и в результате и аналитические философы сменили миссию:

"Защита здравого смысла как одна из главных задач философии — это, как представляется, довольно возвышенная цель. Следование здравому смыслу отличает нормальных людей, а мне всегда казалось, что философы — это самые нормальные люди на земле. И нормальные люди живут в реальном, а не в выдуманном ими мире.

Расставание с вымыслами — путь к нормальной жизни. Но этот путь нельзя пройти без сражений с метафизикой, если понимать под ней концептуальную экстравагантность и увлеченность тем, что находится за пределами повседневного. Долгая история философии оставила нам самые разные толкования ее предмета и ее конечного назначения. В XX веке многие считали, к примеру, что философы должны стремиться к демонтажу и элиминации метафизики (это, конечно же, кантианский мотив). В каком-то смысле я говорю о том же.

Истинная философия помогает распрощаться с фантастическими конструкциями, выдаваемыми за реальность, и обратить нас к самой реальности — со всеми ее красотами и несообразностями. Освобождая фантазию от конструирования реальности, философия создает предпосылки для ее продвижения в деле продуцирования образов и идей, к которому та изначально предуготована. Иначе говоря, она открывает дорогу для подлинной фантазии, помогающей философам — не меньше, чем писателям, — создавать свои тексты."
Васильев, с. 251 - 252.

Казалось бы, поклонника Честертона должна радовать такая преданность философии истинам здравого смысла. Однако ГКЧ тем и хорош, что вписывал экстравагантность в повседневную реальность и показывал, что обычная жизнь играет всеми красками волшебной метафизи, реализуя самые парадоксальные философские идеи. Аналитические же философы, изгнавшие метафизику из своих теорий, изгоняют ее теперь и из обыденности, ее последнего пристанища.

Борьба Ницше с Платоном завершается здесь.
ninaofterdingen.livejournal.com/749770.html

@темы: Платон, Честертон, аналитическая философия